PFC StalSite Slogan
12.01.17 в 23:53

Разговор по пятницам. Геннадий Шмурыгин. Заключительная часть

Первые две части интервью мождно прочитать ранее

- В 1969 году «Прометей» ведь выступил очень сильно.
- Да, рвали у себя в группе всех подряд. И команда была хорошая, заняли втрое место, и поехали на финальную пульку в Ивано-Франковск. Но там всё было решено уже заранее, кто должен проходить в класс «А» - Ивано-Франковск, как принимающая сторона плюс областной центр, а мы, Мукачево, Свердловск – там не котировались. И мне там с Ивано-Франковском как врезали… Я выскакивал один на один, было где-то метров 14 до ворот уже в штрафной площадке, убрал мяч под себя, но подкатывается защитник и ногой прямо в пах…И такая боль адская, всё распухло. Меня сразу в больницу, говорю им: «Делайте «блокаду», обезболивайте, я к вам не лягу!» И меня на самолет, сюда в Шлаковскую больницу, главврач пришел, посмотрел, спрашивает, мол, дети есть? Говорю, что нет. В общем, мандраж был страшный. Но, Слава Богу, обошлось без хирургии. Однако месяц у меня там всё черное было… Так меня когда с поля на носилках уносили, говорю, подождите не уносите, гляну, что за это дадут. Так судья взял и вынес мяч за штрафную площадку – били только штрафной вместо пенальти. И от этого еще так обидно было… А еще помню в 1969 году встречу с Емцем в Никополе – они нам три пенальти били, но сыграли 1:1. Мы хорошо там хозяев повозили, так после игры Емец ко мне подходит, гладит по голове и говорит: «Моя школа». Я голову убираю, а он продолжает: «Гена, приезжай к нам, обижен не будешь», но я не поехал, не нравились они мне. Какие-то высокомерные были.

- А вас в «Днепр» приглашали?
- Да, было два раза. Но не сложилось. Первый раз еще в 1969 году, хотели забрать и Васю Лябика, и меня. Однако тогда команда вообще осталась бы без нападения. Васю тренеры отдали, а про меня сказали Лобановскому, что у Шмурыгина плохое поведение. В то время Заворотний был главным, а Федин вторым. И мне потом Федин признался, годы спустя: «Генка, тебя нельзя было отпускать. Ты нам нужен был, как воздух. Без тебя мы бы так сезон не провели». Ну а второй случай, был на предсезонке в 1973 году, когда я уже был в Орле, и играли мы в Сочи контрольный матч против Иваново на мраморном поле. Это была спартаковская база, где также были «Арарат», «Днепр» и еще пару команд из вышки. Толик Гринько, с которым мы вместе в Днепродзержинске росли, а на тот момент он уже капитаном «Днепра» был, так вот он подходит и говорит: «Гена, тебя остаётся на товарняке «Рыжий» смотреть». Мы отыграли, я два забил, а матч проходил днем, а вечером у нас еще одна тренировка. Тогда ведь трехразовые тренировки были, сейчас такого и близко нет. Но Гринько зовет меня к себе в номер, пошли давай пообщаемся. Я зашел, он ставит на стол бутылку шампанского, там и фрукты на столе стоят, а я говорю, мол, Толик, у меня вечером еще тренировка, если что, давай после неё. Он отвечает, что если не хочешь, то сейчас не пей, просто посидим, а сам пошел в душ. И в этот момент открывается дверь, заходит Лобановский и кричит «Толик!». А Толик в душе, а я сижу за столом с шампанским и фруктами. Гринько из душа выглянул, быстро оделся пошел к нему, ну и рассказывает Лобановскому, что, Василич, это ж я предложил, а Генка отказался… Но Лобан есть Лобан, отвечает: «Где он, там и шампанское».

- Получилось, что в 1969-м его не о том предупредили, а в 1973-м он не то увидел…
- Да, так и вышло.        

- Потом «Прометея» не стало.
- Да, вместо Гордиенко стал новый председатель горкома Фурс. Он нас собрал у себя в кабинете и сказал, что он после войны работал за 120 рублей и футболисты ничем не лучше, тоже за 120 рублей должны играть. А мы в 1969 году получали зарплату 250 рублей, плюс премиальные за победу по 50. Нам сперва еще платили за ничью на выезде, а потом перестали – главный бухгалтер завода Марья Ивановна, как сейчас помню, говорила: «Вы футбольная команда и нас разорите!». Хотя в том же Никополе платили за победу 80-100 рублей. Ну у нас тогда рублей 600 выходило, плюс ты дома: город родной, тебя все любят, в город выйдешь и все здороваются, за счастье считается тебе руку пожать. И Аношкин давал еще талоны на питания, я их не использовал, потом жене отдавал и она скуплялась.  Естественно, что те ребята, которые могли и умели играть сразу же поразъезжались, остались только местные. В 1970 году я поехал в Измаил с командой на сборы, тренером был Федин. Я как раз думал, что там какие-то команды будут, чтобы к ним перейти, но ни с кем не срослось и я уехал со сборов.

- Так, а квартиру получили?
- Квартиру? Это интересная история, кто со мной общается, о ней знают. Как раз в нашу команду пришел Евгений Попов. Я Евгения Матвеевича всегда уважал, и сейчас очень уважаю – он такой добряк, с честной натурой, очень порядочный человек во всех отношениях. И вот мне дают квартиру на четвертом этаже по улице Ленина возле 36-й школы. А я ж как раз планирую провести свадьбу, и в клубе мне говорят, закончим сезон, и сразу свадьбу сыграешь и квартиру получишь – все вместе мы тебя так поздравим. И так оно в принципе и было – свадьбу гуляли четыре дня. И мне Эдуард Федин говорит, что Гена, ты квартиру еще получишь, давай пока сюда заселим Попова, у него же уже двое детей, тем более, что тебе всё равно на данный момент есть, где жить. А действительно, у меня отец купил очень хороший дом. И тут же мне показывают квартиру недалеко от вокзала, на втором этаже трехкомнатную, и она мне даже больше понравилась, чем на Ленина. Однако на тот момент там жил какой-то приезжий ученый, как говорят «академик производства». И он должен был уезжать через пару месяцев, а квартира уже после этого достаться мне. И мы с Фединым к нему приходили квартиру смотреть: взяли с собой бутылку шампанского, пришли, а он сидит со своим соседом, за зелёной табуреткой, у них банка соленых огурцов, самогон пьют и пульку расписывают. Хотя говорят, что гений научный (смеется). Ну, мы посидели, Федин спрашивает, через сколько вы уезжаете? Тот отвечает, что уже он тут и так дольше положенного, но что-то остаётся доделать и максимум еще месяц пробудет. И я успокаиваюсь, и жду. Ну а тут приходит Фурс и всё – никаких квартир. И хочу сказать, насколько порядочный человек Женя Попов. Когда он узнал, что остался я без квартиры, то мне говорит: «Гена, я так не могу, забирай обратно ту квартиру, а сам я лучше где-то буду снимать». Отвечаю: «Жека, у тебя двое детей, где ты будешь снимать?» И остался там жить Попов. Так меня жизни немного научил тот год. Хотя потом у меня и в Орле была трехкомнатная квартира, и в Джезказгане двухкомнатная. А когда я был главным тренером «Металлурга» и мы стали чемпионами Украины, то я своим ребятам сразу шесть квартир выбил.

- После «Прометея» вы переехали в соседний Вольногорск.     
- Ну как переехал. Скорее на игры ездил. Вольногорск недалеко и там неплохая команда подобралась, она в это время и чемпионом области была, и наших ребят из Днепродзержинска там было немало, и тогда подался я в «Авангард». От туда позвонили, сразу сказали – приезжай к нам на сборы в Алушту, я и приехал. И в принципе условия там были неплохие. Так я потом всех этих наших ребят, которые играли в Вольногорске, обратно в Днепродзержинск перетянул, когда тут команду стали воссоздавать – Женю Попова, Фоку, Манжика, Щипу. И сезон первый мы прилично отыграли, а на второй сам по себе чувствую, что вот начинаю недорабатывать. Мы были гораздо сильнее остальных, и прогресса никакого не было. Отсыпали всем по пять-шесть мячей, играть было неинтересно. Потом попал в Орел.

- Как там оказались?
- Директором их прокатного завода был Филатов из Павлограда. Отстроили там завод – просто красавец. Ну и нас целую бригаду из Днепропетровсклой области пригласили. Кроме меня, также был Анатолий Тарасенко из Никополя, центральный защитник Боря Солонский, Анатолий Коваль из ЗКЛ, который потом много в волгоградском «Роторе» поиграл, и он же меня потом в Волгоград и звал… Коваль всё обижался, что в Орле мне дали капитанскую повязку, а не ему. Я к главному тренеру Бастиану подходил, мол, не нужна мне эта повязка, отдайте ее Ковалю, а тот нет, тебя коллектив выбрал. Так я этот год в Орле еще и капитаном был. Меня даже называли «дедушка». Но условия там были отличные, как высшей лиге. Очень хорошо платили.

- И почему ушли?
- Фактически команда пропала. В «Советском Спорте» вышла скандальная статья о Филатове, о нарушениях финансовых на заводе – по тем временам это практически был приговор. Его и сняли. Так самое интересное, мы переехали компанией в Джезказган и на второй год там та же самая история – «наехали» на хозяев команды за нарушения по финансам. Так мы потом даже шутили, что вероятно за нами следят: куда мы поедем, тех и накрывают. Мы очень прилично в Средней Азии тогда зарабатывали: в среднем тысяча – тысяча двести рублей в месяц. По тем временам колоссальные суммы. Меня из «Енбека» в высшую лигу в «Кайрат» приглашали в 1974 году, но уже туда я не пошел. Тогда откровенно сказал их главному тренеру, который и приглашал "Вы мне предлагаете 550 зарплату и 300 за победу, но у кого это нужно выигрывать? У москвичей, у украинских команд, у «Арарата», у Тбилиси, у «Зенита»? Это как нужно было отпахивать? А тут я спокойно зарабатываю не меньше, если не больше". А когда были на сборах в Самарканде, приглашали в первую лигу в СКА (Хабаровск). Но это же опять военную форму одевать, а армейская жизнь не по мне.    

- После Средней Азии решили заканчивать?
- У меня Валя родила Андрюху в 1973 году, когда я как раз в Орле был. Она в Днепродзержинске жила, и иногда приезжала. Ну а как я закончил с «Енбеком» тут как раз и «Металлург» стали возрождать.

- Как это происходило в середине 70-х?
- Насколько я слышал, наш главный в СССР Леонид Ильич пересекался где-то с руководителем УССР Щербицким и Брежнев ему говорит, мол, что такое, почему у меня в родном городе нет футбольной команды-мастеров? Брежнев же тут у нас жил, как раз недалеко от офиса «Стали» в сторону завода. Там на доме и табличка должна быть, хотя не знаю, может быть уже её и сорвали. Соответственно, последовал звонок сверху на директора завода, а председателем спортивного клуба на предприятии был Алексей Владимирович Зубрицкий, царство небесное, хороший был человек – он меня и позвал в команду. Так мы в месте с Женей Поповым за два года выиграли чемпионат Украины и вышли во вторую лигу. Многих ребят тогда собрал местных, кто по другим командам играл, ветераны были, которые еще за «Прометей» играли. Я и сам продолжал выходить на поле, вплоть до 1978 года. Тогда уже играл реже, выходил только в самых тяжелых матчах команде помогать.

- Вы вывели команду во вторую лигу, но там ее не тренировали, почему?
- Да, до сих пор мне обидно. Первый сезон я был помощником у Багдасарова, а на следующий уже должен был быть главным. Мы уже собрали серьезных ребят и тут привозят тренера из Киева – Крощенко от Федерации футбола, вроде бы как более опытного. Ну и мне пришлось тогда подвинуться. При том, что все ребята были за меня, но тут ничего не поделаешь – пришла разнарядка из Киева и всё. Хотя мы на сборах очень хорошие результаты показывали, многих сильных соперников обыгрывали. Очень было обидно, когда Кроху прислали. Ребята за меня еще письмо писали в горком, но без толку.

В этот момент Геннадию Павловичу позвонил его сын.

- А чем ваш сын занимается?
- Он врач, но при этом в спорте и в футболе: работает со сборными Украины - паралимпийцами и дефолимпийцами, которые участвую в соревнованиях среди глухонемых.

- А он сам в футбол не играл?
- Ну почему же не играл? Он был весьма перспективным, у меня тренировался, а потом его хотел к себе Игорь Ветрогонов в Днепропетровск забрать. У меня было хорошее поколение ребят с 1969 по 1973 год рождения. Среди них Гена Попович, который потом в «Зенит» перешел, Андрей Широкий, Юрка Гуляев – он потом был главным тренером «Стали», я с ним работал в команде. Я был тогда после инсульта, но в команду меня взяли тренером-селекционером. Однако это было не моё – ездить, упрашивать…

- А как вообще возрождалась «Сталь» в конце 90-х?
- Во второй половине 90-х футбола в городе практически не было, и я работал в ПТУ-22 тренером-преподавателем: вёл футбол, настольный теннис, что у меня хорошо получалось, и еще одного мальчишку подтянул, чтобы баскетболом занимался. И многие ребята тогда специально в это ПТУ пошли, чтобы у меня тренироваться. И в это время только «Сталь» начала возрождаться, начал тренировать команду Женя Попов – играли в первенстве области. И меня из ПТУ позвали в команду старшим тренером, как раз я всех ребят, кого в городе знал и стал собирать. И мы в областном первенстве сразу прыгнули с девятого на первое место. Потом у меня инсульт был, ну и спустя время вернулся в команду тренером-селекционером, но как я говорил, это было не моё. А в это время уходит с поста главного тренера Витя Кузнецов. Из-за чего? У нас с Витей очень теплые и хорошие отношения, вместе детей в днепропетровской школе "Интер" тренировали, но он о своём уходе из "Стали" не говорит, а я в душу не лезу. И вот тогда мы принимаем команду втроем – главным был Юра Гуляев, и мы помощники с Сашей Мартышовым. Откровенно говоря, команда больше была на мне. Юра - прекрасный человек, но он больше бизнесом занимался, а я вел тренировочный процесс. Мы тогда очень сильно провели первый круг чемпионата 2002\03, при том, что до этого команда заняла 12 место. Хотя тоже нужно сказать, что то ведь был только первый сезон «Стали» во второй лиге. Так рождалась нынешняя команда.

Пресс-служба ПФК «Сталь»

Разговор по пятницам. Геннадий Шмурыгин. Заключительная часть
Разговор по пятницам. Геннадий Шмурыгин. Заключительная часть400600
PFC Stal
PFC Stal150250
2017-02-21http://pfcstal.com/news/klub/razgovor-po-pyatnicam-gennadiy-shmurygin-zaklyuchitelnaya-chast
Оценка: 
Голосов пока нет
Комментарии